Всем, кому должна, – прощаю, или От любви страховки нет! - Франциска Вудворт

– Как такое возможно?

– Перед тем как начать брачные игры, коньки-самцы наелись рачков из кораллов, растущих в этой пещере. В них сейчас очень много магической энергии, благоприятной для продолжения рода. Их тела становятся цветными из-за этой энергии, а заодно приманивают самку. Чем больше раз самец изменит цвет, тем больше вероятность, что самка обратит на него внимание.

А ведь не скажи мне сейчас об этом Макс, я бы так и думала, что у каждого свой цвет. Ан, нет, я специально выбрала трех коньков и следила только за ними. Так вот, пока я неотрывно на них смотрела, коньки сменили цвет два раза.

– Когда начнут образовываться пары, коньки уйдут на глубину. Но прежде самцы покажут себя с самой лучшей стороны и выведут еще пару песен. В сочетании с магией пещеры и камней получается красивое зрелище.

– Согласна, ничего подобного раньше видеть не доводилось. – Я улыбнулась, разглядывая стены, по которым ползли разноцветные блики, иногда складываясь в причудливые узоры. – Самки их на выносливость проверяют?

– Конечно, это важно для потомства. Ведь его вынашивает отец, а не мать.

– Надо же!.. – выдохнула я. – Как жаль, что у людей все не так и мучаются родами женщины.

– Сводя с ума своих мужчин. Поверь, Надин, чувствовать себя беспомощным и не иметь возможности облегчить боль своей любимой – не самые лучшие в мире ощущения.

Я решила промолчать. Не знаю, что там в голове у Макса, но наши, земные мужики часто забивают болт на то, что женщина рожает и ей запредельно больно. И только единицы оказываются способными поддержать любимую в родильном зале, а не заливаться горячительным в окружении друзей.

Мы дослушали мелодии коньков до конца в полном молчании. Когда те совсем скрылись под водой, я решила немного обследовать пещеру и потрогать пресловутые камешки. Супруг поддержал мое желание и помог отковырнуть парочку на память. Камушки оказались несколько странными: один был почему-то теплым, а второй холодным.

– Багронит становится теплым, когда заполнен энергией. Холодным же становится тогда, когда эту энергию отдает, – пояснил князь. – Они очень удобны, потому что, отдавая энергию, не разрушаются, а могут снова служить накопителем.

– Наверное, эти камушки очень ценны?

– Да, и таких пещер в нашем княжестве много. Собственно, князья Багры всегда были основными поставщиками багронитов.

Макс придерживал меня за талию, пока я отковыривала из стены очередной камешек, имеющий форму остроконечной почти звезды. Почти, потому что лучиков было всего три.

– Ты не проголодалась? Я могу вернуть нас на берег или перенести корзину с провизией сюда.

– Пожалуй, вернемся на берег, – попросила я. – Хочу немного позагорать прежде, чем скроется солнце. А сюда я бы хотела еще вернуться. Ты так красиво рассказывал о небосводе из багронитов, что я хочу увидеть это своими глазами.

– Увидишь, – прошептал мне в макушку супруг. – Обязательно!

Глава 22

Когда я вдоволь позагорала и поплавала, мы порталом вернулись в замок и расстались у дверей моих покоев. Князь галантно поцеловал мне кончики пальцев, заверив, что с нетерпением ждет вечера. Если учесть, что он мог переместить нас сразу ко мне в спальню, то такая учтивость была разительной переменой после ночного явления за супружеским долгом.

Я чувствовала себя словно пьяной. В голове шумело, и хотелось обнять весь мир. Умом понимала, что нужно вернуть себе трезвость мышления, но, если честно, не хотелось. Меня сегодня откровенно обольщали, и это было чертовски приятно. Максимилиан, наконец, вспомнил, что он умеет не только рычать и приказывать. И пусть это случилось после моего пинка, но все же. Ведь услышал и изменил свое поведение.

Открывшийся с новой стороны князь притягивал. День с ним оказался невероятен, фееричен! У меня в жизни не было такого романтичного свидания. А он устроил именно свидание: порадовал, удивил, рассказал о себе даже то, о чем я вряд ли спросила бы.

А в покоях все утопало в цветах. Вазы стояли на полу, на консоли, столе, на подоконниках. Все это создавало атмосферу праздника. Словно у меня был день рождения.

Пользуясь тем, что одна в комнате, я закружилась на месте, не сдерживая счастливой улыбки и вспоминая особенно яркие моменты. Первый день супружеской жизни получился незабываемым. Я думала – сильнее, чем утром, князь не сможет меня поразить, но ему это удалось. Хотелось сохранить эти крупицы счастья и безмятежного настроения подольше.

Максимилиан предупредил, что сегодня в замке будет праздник в нашу честь. Нужно позвать слуг и портних, чтобы подготовить платье для такого случая. Пошитое бальное я испортила, срезав камни… Но я прошла в спальню и рухнула на кровать, раскинувшись в форме морской звезды. Ничего не хотелось делать. Повернулась на бок, подгребая к себе подушку. И тут на ее месте увидела сложенный листок. Потянулась за ним с улыбкой, решив, что это Макс еще утром оставил стихи или любовную записку.

Развернула, но после первых же строк улыбка сбежала с лица. С недоумением перечитала послание без подписи.

Дочь моя, вспомни о своей бессмертной душе! Не позволяй тьме поглотить твой свет. Ты в шаге от того, чтобы совершить непоправимое. Опомнись! Еще немного, и станешь навеки проклятой, частью скверны, которую нужно искоренить на этой земле. Заклинаю, спаси свою душу!

– Что за бред?!

Повертела в руке листок, но больше ничего не было. Села на постели и пробежала глазами строчки еще раз. Может, не мне? Обращение «дочь моя» сбивало с толку. Отец Самиры давно умер, он был человеком. А это больше похоже на беспокойство родителя за своего ребенка. Может, служанке кто написал, волнуясь, что она работает и живет среди вампиров?!

Сегодня их столько в моей спальне собралось, когда занимались цветами, кто-то мог и потерять записку, перестилая постель.

Из прежних своих воспоминаний я знала, что люди опасались вампиров, и жрецы Саранты разжигали эту неприязнь. Их потом разогнали, верование запретили.

Но кто знает, во что верят сейчас простые люди. Похоже, просто чей-то родитель переживает, что дочь в услужении у вампиров.

Я скомкала листок и встала с постели. Лежать расхотелось, пора заняться гардеробом, если хочу вечером прилично выглядеть. Как раз у Таши спрошу про отношение людей к тем, кто работает у вампиров. Позвонила, вызывая служанку.

– Ваше сиятельство, – в комнату впорхнула сияющая Таша, и сделала книксен. – Как хорошо, что вы вернулись! Портнихи ждут, чтобы заняться платьем. Можно приглашать?

– Подожди. Ты чего вся светишься? – улыбнувшись, остановила